"Если нет в городе неотложной хирургии, жить здесь опасно"

"Если нет в городе неотложной хирургии, жить здесь опасно"
Новость

7 декабря 2018, 09:38
О чем знает неотложка самой народной больницы Владивостока

О чем знает неотложка самой народной больницы Владивостока

В 1978 году была торжественно перерезана ленточка перед главным входом новой городской клинической больницы №2. Из-за вместимости - 1000 койко-мест - горожане сразу же окрестили ее «тысячекойкой». А потом и вовсе «тыщей». В то время все медики города хотели работать в новой большой больнице с крепкой школой старых опытных врачей. С тех пор вот уже 40 лет больница верой и правдой служит всем, кому необходима неотложная помощь. И пусть за это время в стране не раз сменились руководители, законы и правила, а количество койко-мест сократилось на несколько десятков, одно осталось неизменным - в любое время суток «тысячекойка» примет больного и сделает все, чтобы выручить из беды. Заслуженный врач России, заведующий отделением экстренной хирургии Олег ДМИТРИЕВ работает здесь уже 37 лет и называет свое отделение по старинке: то общей хирургией, то неотложкой. Считает, что по его пациентам можно увидеть срез состояния общества, так как здесь представлены все наши проблемы, доведенные до крайности: жертвы семейных и уличных разборок, пострадавшие в автомобильных катастрофах и при несчастных случаях, алкоголики с язвами желудка и брошенные старики. Словом, как говорит мой собеседник – «обычное население: налогоплательщики и избиратели». - Олег Николаевич, в каком состоянии сегодня наше общество, если судить по вашему отделению? - Оно находится в депрессии по отношению к старикам. У нас лежит много возрастных людей, которые не обласканы родственниками ни посещениями, ни уходом. Хотя мы разрешаем приходить к ним хоть круглосуточно! Но все норовят принести водички и булочку – и сбежать. Еще одна характерная особенность нашего общества – патологическая склонность к жалобам. Пациент еще не выписался, а уже настрочил жалобы во все инстанции. Интернет предоставляет такую возможность, а лежать на больничной койке скучно. И вот уже весь бюрократический отряд занимается перепиской по жалобе. - Сегодня много разговоров о финансировании высокотехнологичных направлений медицины. А как относятся власти к поддержке неотложной помощи? - Легендарный хирург, академик Кузин писал: «Если нет в городе неотложной хирургии, жить здесь опасно». Но никто этого не понимает, каждый человек думает: «Несчастный случай – это не про меня». Все увлечены высокими технологиями, а простые банальные вещи, от которых завтра может зависеть и ваша жизнь (все под Богом ходим) – никому не интересны. Вот если вдруг среди ночи, когда все платные клиники закрыты, у влиятельного человека вдруг возникают проблемы, например, аппендицит, и он начинает метаться в поисках помощи – вот тогда он на себе испытывает все наши условия. Да, мы занимаемся рутинными вещами: аппендицитами, внутренними кровотечениями. Но у нас нет оборудования, нет кадров. А время-то другое – уже везде в мире экстренная помощь подкреплена новейшими аппаратами и последними технологиями. Например, за рубежом уже не вскрывают трупы – через минимальный разрез заводят прибор, смотрят внутренние органы, берут кусочки ткани на исследование и делают заключение о причинах смерти. А мы еще на том уровне, когда, оперируя живого человека, делаем большие разрезы – у нас просто нет возможности сделать по-другому. О каком прогрессе может идти речь? - Хирурги вашего поколения в полной мере переняли у своих маститых учителей интеллект. Есть ли у вас достойная смена? - К сожалению, подрастающая молодежь не получает достойного образования. Они не читают книг, не знают со школы самых простых и банальных вещей. Да и в нашу профессию «экстренная хирургия» вообще никто не идет - здесь же надо работать. Они, скорее, пойдут куда-нибудь в косметологию, потому что люди, отучившиеся на платной основе, никогда не будут работать в бюджетных учреждениях. Мое поколение скоро уйдет «в ноль», и, наверное, пара поколений вымрет, пока какие-то кадры появятся. Наши места быстро займут гастарбайтеры – они придут на эти небольшие заработные платы, будут довольствоваться малым и строить себе где-нибудь в Средней Азии дом с чайханой. Вот тогда население узнает, что такое «высокоинтеллектуальная» хирургия. - В чем принципиальная разница между работой хирурга в бесплатной «тысячекойке» и в какой-нибудь коммерческой клинике города? - Мои приятели, которые волей судьбы ушли в платную медицину, иногда во время операции начинают метаться, потому что в их клинике нет необходимых для реанимации аппаратов. Предполагается, наверное, что у их больного не должно быть остановки дыхания, кровотечения и прочих осложнений. А в нашей больнице для проведения операции у меня есть все необходимое.

ВОПРОС РЕБРОМ - В Вашем отделении оказывают платные услуги? - Да, если у человека нет страхового полиса. Дальзаводская больница, старушка 1-ая больница, наша «тысячекойка» – это так называемые народные больницы. Мы лечим всех, никому не отказываем. Я глубоко уверен, что «тысячекойка» будет всегда, по той причине, что больше никто в городе не сможет оказывать неотложную помощь. У нас 16 хорошо оснащенных операционных. Да, у нас не хватает персонала и со стен облазит штукатурка, но, если что-то экстренное происходит – все едут сюда. Больше никакое учреждение не может и не в состоянии принимать таких больных круглосуточно. На фото: Несмотря на огромные проблемы неотложка тысячекоечной больницы в любое время суток примет больного и сделает все, чтобы выручить из беды. Татьяна ПОНОМАРЕНКО. Газета "Золотой Рог", Владивосток.

Нашли опечатку в тексте? Выделите её и нажмите ctrl+enter