Король эпизода

8 ноября 01:28
Это было много, много лет назад. Молодой актёр Сергей Симоненко, оказавшийся в родном Владивостоке по пути в командировку на Камчатку — вместе с московской киногруппой, зашёл в театр имени Горького.
Сюжет
Театр

Посмотрел на фотографии артистов. Взгляд остановился на одном фото — с него смотрела очень красивая девушка. «Женюсь на ней!» — сказал себе Сергей…

Так и случилось, — улыбается Сергей Симоненко, актёр Приморского академического театра имени Горького. — Бросил Москву, Ефим Давыдович Табачников, замечательный режиссёр, принял меня в труппу. Познакомился с той самой актрисой… И да — мы поженились. Родился сын. И было впереди много-много лет счастья…

Все дороги ведут в театр

Вы ведь окончили театральный факультет Дальневосточного института искусств?

Да. Профессию выбрал совершенно сознательно. Замечательный талантливый человек Галина Федоровна Бакшеева вела театральную студию в Доме офицеров. И мне было интересно актёрское ремесло, вот и пошёл на театральный факультет.

Вообще Галина Фёдоровна умеет работать с детьми, влиять правильно, положительно на неокрепшие умы, потому что философски одарена, умеет думать о будущем. Ведь артисты, режиссёры, люди театра — они влияют на всю окружающую действительность, на зрителей в зале…

Галина Бакшеева, кстати, и в институте была моим педагогом, вообще у нас было множество замечательных мастеров, а выпускал наш курс Юлий Изакинович Гриншпун. Потрясающий режиссёр, с бездной фантазии. Его спектакли были всегда на острие, очень актуальны. Умел он грамотно намекнуть на вопросы общественной жизни в своих постановках.

По окончании института вы…

Отправился в город Новомосковск Тульской области, в тамошний маленький городской театр, где уже работали мои однокурсники. Потом много показывался в Москве, во всех театрах. Сначала было трудно, потом это превратилось в привычку… Так я попал к мэтру — Андрею Гончарову, но не в труппу, а вольнослушателем. Очень много смотрел!

А какие дороги привели вас в кино?

Всё просто. В то время и сейчас киношникам нужны актёры даже не в массовку, а в групповку. Несмотря на название, это серьёзная работа. Вот, например, снимался фильм «Корпус генерала Шубникова». Там надо было в пять утра встать зимой, поехать в Алабино, надеть военную форму и сниматься на морозе до вечера. Люди с улицы на такое не часто соглашаются. Завязалось общение, меня стали приглашать чаще. А ещё я вел студию — театральную студию — в Московском институте управления. И она была очень сильной, поверьте. Мы побывали с гастролями в Киеве. Ставили классику, например, «Беда от нежного сердца», «Медведя» Чехова.

Вообще я всю жизнь занимался театральными студиями, и когда вернулся во Владивосток — тоже. Руководил студией в Доме учёных, 15 лет — в гимназии № 2. Ставил спектакль в театре ДВГУ «Лопух». Это, кстати, мне Ефим Табачников дал такую возможность.

Счастье работы

Вы легко сработались с Ефимом Табачниковым?

Да. Он преподавал в институте искусств, я помогал ему делать экспликации студенческих спектаклей на бумаге. То есть придумывать и обосновывать спектакль.

Он даже предложил мне стать завтруппой, предупредив, что мне тогда надо будет возглавить борьбу с пьянством в театре и даже уволить некоторых актёров. Нет, я отказался… Но продолжил работать в спектаклях Табачникова как ассистент режиссёра. Помогал готовиться к московским гастролям.

Ефим Давыдович был замечательный режиссёр. Чуткий. Всегда мечтал покорить Москву. И в этом его тёзка — Ефим Семёнович Звеняцкий, с которым мы работаем уже не один десяток лет, — с ним расходится. Он покорил Владивосток, и ему покорилась Москва.

Это два очень талантливых, замечательных режиссёра — Табачников и Звеняцкий. Моя жизнь была связана с ними, и это счастье.

Вы предпочитаете роли классического репертуара?

В целом да. И очень хорошо, что сейчас, в сложное время, режиссёры по всей стране (а я слежу за новостями театров) обращаются к классике и ставят классику. Классика обращается к истинным чувствам, которые так важны сегодня.

Вообще же я не считаю себя очень талантливым актёром, поэтому роли никогда не просил — ни у Табачникова, ни у Звеняцкого. Работы и так всегда хватало. Про меня как-то на празднике в театре сказали: король эпизода. Я действительно сыграл много таких маленьких ролей. Но всегда выкладывался на все сто! Это принципиально.

Помню, один режиссёр, приезжий, как-то сказал мне: «Я вам собирался одну роль дать, а теперь дам совсем другую. В моём театре эту роль тоже хороший артист играет!».

Приятно было слышать?

А в театре имени Горького все артисты хорошие! Поверьте, я в Москве столько насмотрелся, столько видел плохих артистов. А в нашем театре такого нет!

Это был Человек

Вы ведь успели поработать с мэтрами — с Вадимом Мялком, например, верно?

Да. Вадим Янович был Человек. Артист! Талант! Всё — с большой буквы. Помню, мы были на гастролях в море, на большой плавбазе, почти флотилии. И они должны были закончиться уже, нам надо было во Владивосток, здесь уже нас ждал выезд на другие гастроли. А судно, которое должно было нас забрать, всё не приходило. Сказали — через полтора месяца. И тогда Вадим Янович пошёл к капитан-директору и пообещал дать шефские концерты на судах — но с тем, что нас отправят затем домой. Капитан-директор согласился.

И вот начинается концерт, я представляю Вадима Яновича и говорю: «А сейчас вы услышите голос, который знаете, возможно, с детства. Если узнаете, поаплодируйте». И раздаётся голос Вадима Яновича, та самая фраза: «Говорит радиостанция „Тихий океан“!». И всё — полчаса аплодисментов!

Он был удивительный человек. А какой парторг! Из-за таких парторгов хотелось вступать в партию. Честный, принципиальный. Человечище!

Кстати, в определённом смысле он дал путёвку в жизнь Ефиму Звеняцкому как главному режиссёру театра имени Горького. Поверил и поддержал. Увидел в нём то, что всем ясно теперь, что Ефим Семёнович — талантище, он входит — поверьте, я знаю, что говорю — в восьмёрку лучших режиссёров страны, таких, как Андрей Гончаров, Анатолий Эфрос и другие.

Их спектакли — магия! Ты выходишь из зала и поражаешься, ты сидишь в зале и глаз от сцены не можешь оторвать…

Ефим Семёнович не обижал вас ролями. В той же «Поминальной молитве» вы уже более 10 лет — вслед за Александром Пономаренко — играете урядника… Вы вросли в этот спектакль?

Да. Это не спектакль, это исповедь! Там невероятная драматургия, там слова, которые берут за душу, из этой пьесы Горина невозможно не то, что реплики — ни единого слова выкинуть! Ведь сколько лет идёт спектакль, а по-прежнему актуален. Сегодня — как никогда. Человеческие ценности — любовь, доброта, преданность — в нём на первом месте.

Пусть корабль плывёт

Что для вас главное в тех постановках, в которых вы выходите сегодня на сцену театра имени Горького?

Что нас не заставляют врать. Дают возможность быть искренними. Правда должна быть.

Вы сказали, что много лет вели театральный кружок в гимназии…

Да, и мне до сих пор звонят ребята, спрашивают, как дела, как здоровье… Это греет душу. Мы там учились коллективному творчеству, я всегда давал ребятам возможность проявить свою фантазию, предложить идею, попробовать себя как режиссёра, как актёра… Дети стремятся стать лучше, хотят быть первыми, а наш кружок помогал им побороть застенчивость, неуверенность в себе, раскрыться. Уверен, что эта моя работа очень важной была. Кроме того, ребята были разного возраста и учились работать вместе. Это тоже хорошо.

Вы ставили там сказки?

Да. Ведь в сказке — если убрать антураж — о чём речь идёт? О главном. Что надо быть добрым. Ответственным. Честным. Смелым. Любить маму. Не предать друга. И мы всегда играли это всерьёз.

Сегодня такой поток грязи, мусора несётся из интернета, с телеэкранов, что водить ребёнка в театр становится жизненно важным! Именно там он получит прививку от пошлости и грязи! Там он поймёт, что такое воспитание человеческих чувств.

Однажды я сказал ребятам: есть две категории зрителей. Первая категория приходит в театр — и не возвращается больше никогда. А зрители из второй категории приходят в театр — и остаются с ним навсегда. Им интересно, какие будут новые спектакли, они приходят посмотреть на любимых актёров. Вот такой постоянный зритель — самый хороший. А тот, что приходит и первым делом спрашивает, где тут буфет… Ну бог с ним.

Как бы вы обрисовали атмосферу, которая царит в театре имени Горького?

Тут я постучу по дереву и скажу: очень творческий коллектив! Готовность сыграть, готовность ввестись на роль — огромная. Прекрасные актёры и очень профессиональные.

Я видел немало театров: споры, дрязги, интриги. В нашем театре работают порядочные люди! И это, поверьте, дорогого стоит.

Вы смотрите спектакли, в которых не участвуете?

Да. Но инкогнито. В зале. У нас так много сегодня отличных молодых актёров, и я с удовольствием смотрю, как они растут, как делают свою роль — так подробно, с деталями, умно.

Театр имени Горького — он какой?

Самый лучший. В России сейчас нет другого коллектива, который поднимал бы такой пласт традиций русского классического театра.

Что бы вы пожелали театру в его 90-летний юбилей и себе как актёру этого театра?

Театру… Знаете, есть такой фильм у Феллини — «И корабль плывёт». Я хочу пожелать театру именно этого — плыть своим курсом, нести свою миссию. И не останавливаться! Ну, а себе — работы, конечно.