Творческие корни приморской семьи Спивак

Творческие корни приморской семьи Спивак
Новость

11 марта 2012, 17:38
"Не хотелось ли мне когда-либо вернуться в Москву? Нет, моя родина – здесь. Я прочно пустила корни в дальневосточную землю".

С директором туристического агентства «Ольга» Ольгой ВАСИНОЙ мы познакомились несколько лет назад, когда она открыла на базе своей компании экскурсионный центр народных традиций «Русская горница».

В стилизованном под избу уютном помещении хранилась коллекция кухонной утвари и старинных предметов быта, девушки в русских национальных костюмах водили хороводы, исполняли зажигательные частушки и грустные свадебные причитания, угощали гостей сбитнем и душистым чаем из настоящего самовара… Неудивительно, что это место было чрезвычайно популярно у иностранных туристов, особенно у японских.

Ольга Ивановна увлеченно рассказывала мне об уникальных экспонатах типа старинного резного ларца, подаренного одной из помещиц своей крепостной на свадьбу, глиняной крынке начала прошлого века или лаптей, умело сплетенных ее отцом. На одной из стен висели черно-белые фотографии, отображающие жизнь приморской деревни 20-х годов прошлого века. «Здесь мои корни», – с любовью глядя на старенькие снимки, сказала она…

Ее отец – известный приморский литературовед, преподаватель русской литературы, педагог-методист Иван Трофимович СПИВАК – родился в 1914 году в приморском селе Вассияновка, в семье переселенцев первой волны. Детство его было непростым, как, впрочем, и у всего поколения сверстников, и настоящей отдушиной стали книги. Деревенский парень читал запоем и мечтал получить педагогическое образование, для того чтобы не только самому совершать удивительные открытия в мире русской литературы, но и делиться ими с подрастающим поколением. И уже тогда делал первые авторские зарисовки. Эти способности передались ему от отца – Трофима Спивака, который во время Первой мировой воевал во Франции в составе экспедиционного корпуса из Приморья: малограмотный, но очень способный, он кропотливо вел подробный дневник, фиксируя события, в которых участвовал, и впечатления, которые произвела на него Европа.

Окончив литературный факультет Благовещенского пединститута и получив заветную запись в дипломе «учитель русского языка и литературы», Иван Трофимович уехал работать на Сахалин в город Александровск, но уже спустя год его призвали на службу в армию – сначала в местный морпогранотряд, а затем в хабаровский. Отслужив, он вновь занялся любимым делом, уже в Уссурийске, но в планы вмешалась Великая Отечественная война, и его направили в Шкотовское военно-пехотное училище сначала курсантом, а затем командиром взвода, где на протяжении всей войны он занимался подготовкой курсантов. 9 Мая 1945 года он встречал в звании старшего лейтенанта, с медалями «За Победу» над Германией и Японией.

Сразу после войны он наконец-то вернулся к любимому делу – в школу, а параллельно талантливого педагога пригласили на кафедру литературы Владивостокского государственного педагогического института, который позже вошел в состав в ДВГУ. Здесь он проработал до середины 1970-х, не оставляя школьной практики.

Его уроки были не похожи на другие, персонажи русской литературы словно оживали в лицах. И дело не только в глубоком знании предмета, но и в невероятном артистизме и обаянии Ивана Трофимовича. Его энергии хватало даже на студенческий театр, где он ставил Пушкина, Гоголя, Чехова… Неудивительно, что и школьники, и студенты его обожали. Юная Раиса БОРОДИНА – его студентка – не была исключением. Ей настолько нравился преподаватель и его методика по обучению школьников, что и педагогическую практику она решила проходить только под его руководством.

Она испытывала исключительный пиетет перед его талантом, он был покорен ее тягой к знаниям и перфекционизмом по отношению к профессии учителя. Он переживал расставание с женой, забравшей сына и переехавшей на Украину, она была увлечена исключительно учебой. Сложно сказать, когда именно профессиональное взаимоуважение переросло во влюбленность, но со временем и его поклонницы, и ее кавалеры поняли, что между преподавателем и студенткой - не случайный роман, а большое и очень настоящее чувство. Так и вышло. Иван Трофимович и Раиса Евгеньевна прожили вместе долгую и счастливую жизнь.

На Дальний Восток москвичка Рая Бородина попала в 1936 году, еще ребенком: ее родители приехали в Тынду Амурской области работать по контракту. Надолго задерживаться в регионе они не собирались: три года – и в столицу, где их ждала забронированная квартира. Обстоятельства, однако, сложились иначе, к тому же грянула война, и для Раи и ее брата Дальний Восток стал новой малой родиной. Зея, Спасск, Зарубино, полуостров Краббе, Находка – где только не довелось жить Раисе Евгеньевне, пока с 1944 года она не обосновалась во Владивостоке.

Ее жизнь на Дальнем Востоке легкой не назовешь, особенно в бытовом плане. В детстве приходилось с полуострова Краббе до зарубинской школы по 18 км пешком ходить, причем одной. Во взрослой жизни тоже трудностей хватало. Первые 12 лет брака Иван Трофимович и Раиса Евгеньевна жили там же, где и работали, – в школе, в классной комнате на первом этаже. Окна, наполовину засыпанные углем, который не вмещался в сарай, сквозняки, крысы, ночная стирка вручную после проверок бесчисленных сочинений и диктантов... К счастью, у Ивана Трофимовича оказались золотые руки. Он умел делать практически все, даже изготавливал мебель, да какую – резную, со скульптурными элементами, – этот настоящий антиквариат до сих пор жив и радует глаз гостей дома.

Тем не менее это были очень счастливые годы. И не важно, какая погода за окном, - в этом гостеприимном доме всегда было тепло, светло и очень уютно. В квартиру в центре города, которую они наконец-то получили, постоянно забегали коллеги, студенты. А какие литературные вечера здесь проходили, с каким воодушевлением рисовались стенгазеты, сколько интеллектуальных споров вызывали домашние «киносеансы» через эпидиаскоп! «А можно я к вам свою девушку приведу?», «А я – брата?», – то и дело раздавалось из уст друзей и знакомых!

На одной из таких «спиваковских посиделок» хозяином дома и еще двумя приморскими литераторами – Сергеем КРИВШЕНКО и Николаем СТАРОВОЙТОВЫМ – в апреле 1955 года был «учрежден» семейный лиро-эпико-сатиро-прочий журнал «Авось», позволяющий проследить жизнь сразу трех дальневосточных семей, друживших не одно десятилетие. На протяжении 42-х лет (!) он прирастал оригинальными поэмами, частушками и эссе и до сих пор очень бережно хранится в архиве семьи Спивак. Меж пожелтевших страниц я обнаружила и самодельные пригласительные билеты на литературно-творческие вечера «и то, и се», и забавную детскую книгу для родителей «Никомузокарапузо». Неудивительно, что творческая атмосфера, которой буквально пропитан этот дом, оказала колоссальное влияние на всех членов семьи.

Казалось бы, путь дочери Ольги был предопределен – филфак ДВГУ, школа. Но активная жизненная позиция привела ее сначала в райком комсомола, а затем – в краевой совет по туризму, где она и проработала почти десять лет. Накопив огромный опыт, решила открыть свое дело и пустилась в свободное плавание. Наверное, спокойнее и прибыльнее было заниматься исключительно выездным туризмом. Но первый самостоятельно разработанный Ольгой маршрут назывался «Приморье православное», затем появился знаменитый «Большой Амгинский водопад», потом «Русская горница» с уникальным сарафан-шоу и экскурсией-спектаклем «Русские традиции»…

Сын Павел – историк по образованию – открыл в Приморье одну из первых частных школ. Внучка Екатерина окончила журфак (до сих пор на одной полке с журналом «Авось» хранится его «младший брат» – «Авосенка» с ее детскими стихотворениями). Правнучке Анне только предстоит определиться с профессией, но никто не сомневается в том, что гены дадут о себе знать.

Дальневосточные корни сильные, в семье Спиваков это теперь точно знают. Не было секретом, что у отца есть еще двое сыновей – Володя и Олег, от гражданского и первого официального браков, - но связь поддерживалась только с Олегом, проживающим в Украине. О судьбе второго, которого мать в младенческом возрасте увезла с Сахалина в центральную часть России, ничего не было известно. И вот однажды в квартире Спиваков раздался телефонный звонок. Через 60 лет (!) старший сын, полковник в отставке, проживающий в Иркутске, нашел своего отца. Еще в детстве мать сказала ему, что отец погиб на фронте, и у него не было оснований ей не верить. Но однажды, переключая телеканалы, он случайно услышал, как участница программы «Поле чудес» передает привет любимому учителю, проживающему во Владивостоке, – Ивану Трофимовичу Спиваку. 60-летний мужчина побледнел и прошептал сидевшей рядом жене: «Это мой отец…». Остальное было делом техники. Самым удивительным оказалось то, что Владимира Ивановича дважды судьба забрасывала во Владивосток, но он даже не подозревал о том, что это голос крови.

…Раисе Евгеньевне, самому старшему члену семьи, сегодня восемьдесят шесть. «Стараюсь быть в курсе всех новостей, и многочисленные стройки, которые развернулись в приморской столице, меня радуют: хочется верить, что у города, который за 68 лет стал мне родным, откроется второе дыхание. Не хотелось ли мне когда-либо вернуться в Москву? Нет, моя родина – здесь. Здесь мои родные, друзья, ученики… Я прочно пустила корни в дальневосточную землю». Дети и внучка это мнение разделяют. Да и в стареньком «Авось» еще немало чистых страниц, требующих продолжения семейной истории, прочно связанной с регионом, в который почти 120 лет назад приехал Трофим Спивак – прапрадед 11-месячного Саши, самого младшего члена этой творческой династии.

Татьяна СУШЕНЦОВА, «Дальневосточный капитал».

Нашли опечатку в тексте? Выделите её и нажмите ctrl+enter